56
– В моем родном поселке Усть-Камчатске над жилыми домами возвышается новый, пахнущий внутри древесиной и смолой храм Покрова Пресвятой Богородицы. Главный храм Усть-Камчатского благочиннического округа торжественно освятили в 2005 году, событие было приурочено к грандиозному историческому юбилею – 300-летию Православия на Камчатке. Во времена правления Петра I на полуостров прибыл официально направленный православный миссионер – архимандрит Мартиниан, и с тех пор началась трехвековая история Православия в этом крае, регулярная проповедь Евангелия среди коренных народов Камчатки – ительменов и коряков.
Этот храм стал для меня родным, здесь меня крестили спустя месяц после рождения. Говорили, что моим восприемником был тогдашний камчатский архиерей, владыка Игнатий (Пологрудов). Так, во всяком случае, помнится моим родителям. Владыка возглавлял Петропавловскую и Камчатскую кафедру с 1998 по 2011 годы и не раз бывал в храме Покрова Пресвятой Богородицы в год его освящения, ставший и годом моего рождения и Крещения. В храме прошли детство и юность: десять лет я нес послушание пономаря и звонаря храма.
Усть-Камчатск расположен у восточного побережья полуострова Камчатка, в устье одноименной реки. С востока его омывают воды Камчатского залива, а неподалеку находится крупное озеро Нерпичье. В этой первозданной красоте особенно выразительно смотрится православный храм: он будто вырос из самой камчатской земли и стал естественной частью камчатского пейзажа. Его строители продолжили дело старинных русских зодчих, унаследовав от их мастерства главное – умение слышать и чутко понимать природу этого сурового края.
Строители храма продолжили дело старинных русских зодчих, унаследовав от их мастерства главное – умение слышать и чутко понимать природу этого сурового края
Высокий рубленый силуэт Покровского храма с его аккуратными, будто врезающимися в небо куполами виден далеко вокруг. В погожий день золоченые кресты ярко вспыхивают на фоне синих сопок, а в туман церковь проступает сквозь белую пелену, словно маяк.
Стоит переступить порог храма во время зимних холодов, и свирепый камчатский мороз отступает: внутри всё дышит живым, смолистым теплом. Главная разгадка кроется под ногами прихожан: строители предусмотрели умную инженерную деталь – систему подогрева полов. За окнами воет вьюга, а здесь, на нагретых деревянных половицах, тепло и в перерывах между богослужениями по-домашнему тихо. В самые суровые зимы люди стоят на службе, согретые не только молитвой, но и земным, рукотворным теплом.
Вся моя жизнь: Крещение во младенчестве, детство, взросление – связана с храмом. Мама, папа, брат, бабушки, дедушки, предки – семья была и есть крепкая, надежная, из тех, про которые говорят: воцерковленные до корней. Вся многочисленная родня, и с папиной, и с маминой стороны, верила глубоко и просто, без сомнений.
Когда мне исполнилось восемь, настоятель храма, отец Николай Пендюков, крепко взял меня за руку и ввел в таинственный, залитый ровным светом алтарь. Отец Николай терпеливо учил меня всему: как правильно разжигать уголь для кадила, как бережно складывать облачения, в какие моменты выходить к людям, когда стоять смирно.
Сначала было трудно. Я оставался единственным мальчишкой-пономарем на весь поселок Усть-Камчатск. Конечно, бывали искушения. Помню, исполнилось мне лет пятнадцать. За окном – солнце заливает весенние улицы, все мои одноклассники бегут гулять по поселку, а мне нужно надевать стихарь и идти на долгую вечернюю службу. Так хотелось бросить всё и побежать к друзьям! Но я находил в себе какую-то по-доброму упрямую силу – и шел в храм. А со временем стал просто радоваться тому, что Господь чудно открыл мне мою дорогу.
Однажды на Покров, 14 октября, в наш Усть-Камчатский храм впервые прибыл большой гость – владыка Артемий (Снигур). Видный иерарх Русской Православной Церкви, он в течение почти восьми лет, с 2011 по 2018 годы, возглавлял Петропавловскую и Камчатскую епархию. Тогда еще совсем неопытный пономарь, я затаив дыхание, смотрел на архиерейскую службу, не зная, куда девать руки от волнения. Но уже через пару лет мне доверяли не только встречать владыку с праздничным букетом, но и иподиаконствовать рядом. Слева от владыки всегда стоял строгий иеромонах, который незаметно, одними глазами подсказывал мне, что делать.
После той службы произошел случай, который не забуду никогда. Старший пономарь владыки зашел в притвор и пригласил:
– Алексей, зайди к владыке.
Я, как был в светлом стихаре, робко переступил порог ризницы. Владыка Артемий сидел в кресле, но при моем приближении поднялся и ласково поглядел на меня:
– Алексей, говорят, что у тебя недавно был день рождения, прими подарок…
И протянул мне небольшую, пахнущую ладаном икону святителя Николая Чудотворца.
В тот же день мне вместе с архиереем посчастливилось поехать на освящение новой часовни возле рыбного завода, выпускающего консервы с лососем. Для нашей машины выделили целый отдельный паром, который перевез нас через реку. Часовню мы освятили, и, прощаясь, владыка перекрестил меня:
– Алеша, трудись дальше здесь, не бросай это дело. Послушайся батюшку своего, может быть, пригодишься ты мне.
Камчатка – это не дома и не улицы, это прежде всего дикая, первозданная природа. Стоит только подняться на знаменитую сопку Любви, как перед глазами распахивается весь мир: синяя чаша Авачинской бухты, где качаются на волнах грузовые суда, а вдали поднимаются из воды три скалы – Три Брата.
Летом и зимой к нам буквально стекаются потоки туристов, все хотят увидеть вулканы. Поближе к городу есть курортное местечко Озерки, куда из недр сопок выходят целебные сероводородные воды. Вода там такая едкая: зайдешь в такой бассейн, обжигает как кипяток!
Рассказывая о Камчатке, нельзя не сказать о большой святыне нашей земли – церкви Успения Божией Матери в Нижнекамчатском остроге. Это старейший деревянный храм в нашем крае и единственный уцелевший свидетель эпохи великих русских географических открытий. Он стоит в необитаемом, глухом и труднодоступном месте посреди тайги, добраться туда можно только в составе специальной паломнической группы.
Построенный в 1741 году храм чудом сохранился до наших дней практически в первозданном виде. Именно в его стенах молились великие мореплаватели Витус Беринг и Алексей Чириков перед отправлением к берегам Аляски во время Второй Камчатской экспедиции. Деревянное здание без единого гвоздя возведено из местной лиственницы, чья прочная древесина со временем стала крепкой, как камень. Храм – памятник архитектуры федерального значения и главная духовная святыня полуострова.
Камчатская земля хранит свои предания. Каждый год, в день памяти святителя Иннокентия Московского, просветителя здешних мест, нам в храме рассказывали, как в стародавние времена этот мудрый святой изменил для северных народов текст главной молитвы «Отче наш». Вместо прошения о «хлебе насущном» люди молились о «рыбе насущной», потому что коренные жители долгое время и не знали, что такое хлеб. Рыба же здесь была всем: жизнью, самой кровью этой земли. Церковные историки отмечают, что именно этот алеутский перевод молитвы Господней, сделанный святителем в 30-е годы XIX века, открыл коренным народам Севера истинное понимание заботы Творца.
Зимой, во время каникул, каждый раз с особым чувством лечу на Камчатку. На прошлое Рождество принял участие в праздничной службе в своем родном храме Покрова. Снова, как в детстве, пономарил: подавал кадило, складывал священнические ризы, а когда батюшка причащался в алтаре, вышел на амвон и прочитал Рождественское послание Патриарха. Среди других прихожан в храме стояли мама и отец, видел их глаза и чувствовал, какая это для них радость – понимать, что их молитвы услышаны, их сын здесь, в родном поселке, дарит людям утешение и праздничное слово.
Записала Елена Алешкина