24
Священное Писание ясно свидетельствует, что первозданный человек был прекрасным творением Божиим, ибо Господь сотворил все… хорошо весьма (Быт. 1, 31).
Тварное совершенство Адама означает, что он изначально обладал всей полнотой человеческой природы: имел чистый ум, свободную волю, непорочную душу, совершенное тело — все, что является неотъемлемым достоянием человеческого естества. Всякие рассуждения, в той или иной степени отрицающие или умаляющие полноту естества Адама, чужды смыслу библейского повествования о сотворении человека и всегда отвергались Православной Церковью.
Совершенство нашего праотца до грехопадения предполагает, что все его природные качества и силы были неповрежденными, здравыми и соответствовали тому назначению, для которого человек был создан. Бог сотворил человека правым (Еккл. 7, 29), — учит нас Священное Писание. В нем не было ни тени греха или хотя бы малейших признаков противления добру. Прп. Иоанн Дамаскин говорит: Бог сотворил человека непорочным, правым, любящим добро, свободным от печалей и забот, украшенным всякою добродетелью, изобилующим всеми благами, как бы некоторый второй мир — малый в великом, — как нового ангела, поклоняющегося Богу... Он создал его по природе безгрешным и по воле свободным[1]. Прп. Макарий Великий говорит, что даже стихии мира подчинялись ему как владыке: Вначале же князем века сего и владыкою видимого Господь поставил человека. Ни огонь его не преодолевал, ни вода не потопляла, ни зверь ему не вредил, ни ядоносное животное не могло оказать над ним своего действия[2]. Прп. Максим Исповедник говорит, что богопросвещенная душа, каковой несомненно обладал изначально Адам, способна непосредственно созерцать логосы и причины сущих[3], поэтому свт. Григорий Богослов называет Адама делателем Божественных помыслов[4]. Нам трудно даже в малой мере исчислить, а тем более представить все совершенства первозданного человека.
Однако изначальное тварное совершенство Адама не было абсолютным. Оно было лишь неким природным основанием для его дальнейшего восхождения к Богу и осуществления своего нравственного призвания: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный (Мф. 5, 48). Наше естество, — говорит свт. Григорий Нисский, — было первоначально создано Богом как некий сосуд, способный к принятию совершенства[5]. Тварная ограниченность естества преодолевалась Адамом с помощью Божественной благодати, к которой он приобщался через непрестанное богообщение и созерцание славы своего Создателя. Созданный и устроенный Богом человек, — писал свт. Ириней Лионский, — соделывался по образу и по подобию несозданного Бога, преуспевал мало-помалу и восходил к совершенству. Надлежало, чтобы человек прежде всего получил бытие, получивши возрастал, возрастая мужал, мужая укреплялся, укрепляясь усовершался, усовершаясь прославлялся, прославляясь удостаивался видеть Бога[6].
Такое понимание относительного совершенства естества Адама с древнейших времен исповедовалось отцами Церкви и связано с понятием о Боге как о Единственном, Кто имеет абсолютное совершенство.
Понятие о тварном совершенстве в Священном Предании Церкви не предполагает статичности. Тварное совершенство не является застывшей глыбой абсолютных качеств. Оно динамично и может проявлять себя по-разному. Например, растение на всех этапах своего существования обладает тварным совершенством: и как семя, в котором гармонично соединены все необходимые элементы, и как росток, где пропорции растения полностью соответствуют условиям полноценного развития, и как цветок, и как плод. Другой пример — человеческая природа Господа нашего Иисуса Христа. Он был совершенным младенцем, совершенным отроком, совершенным юношей, совершенным мужем. При этом Его человеческая природа непрестанно изменялась, как и у всех людей.
Адам обладал не только тварным совершенством, но и многими Божественными достоинствами: бесстрастием, нетлением, святостью, бессмертием. Однако эти качества свойственны были ему уже не по природе, а по благодати, к которой он был приобщен в самом акте творения[7] и в которой возрастал через дальнейшее богообщение, ибо по природе святостью, бесстрастием, нетлением и бессмертием обладает один Бог. Будучи образом Божиим, человек был приобщен к этим дарам, но в случае отпадения от Бога он мог их утратить. Прп. Симеон Новый Богослов писал: Бог в начале, когда создал человека, создал его святым, бесстрастным и безгрешным, по образу и подобию Своему, и человек точно был тогда подобен Богу, создавшему его. Ибо святой, безгрешный и бесстрастный Бог и творения творит святые, бесстрастные и безгрешные. Но поелику непременяемость и неизменяемость есть свойство одного безначального и несозданного Божества, то созданный человек естественно был пременяем и изменяем, хотя имел способ и возможность, при помощи Божией, не подвергнуться пременению и изменению[8].
Первозданный человек был безгрешным не в том смысле, что он по естеству не мог грешить, а в том, что в начале своего райского существования он по свободной воле жил вне греха. Грех не имел места в его богозданном естестве, но мог стать достоянием его свободной воли. Об этом св. Иоанн Дамаскин писал так: сотворил же его Бог по природе безгрешным, и по воле — независимым. Но безгрешным называю не потому, что он не был восприимчив ко греху, ибо одно только Божество не допускает греха, а потому, что совершение греха обусловливалось не природой его, но скорее свободной волей, то есть он имел возможность пребывать и преуспевать в добре, получая содействие со стороны Божественной благодати, равно как и отвращаться от прекрасного и очутиться в зле и по причине обладания свободною волею, при позволении со стороны Бога[9]. Безгрешность и святость Адама были не абсолютны, но относительны, они не были необходимыми свойствами его естества, но принадлежали его свободной воле.
Человеку — существу хотя и прекраснейшему, но несамобытному и ограниченному — для богоугодного существования необходима была непрестанная помощь от Бога. Ибо только Он дает миру жизнь и дыхание и все… ибо мы Им живем и движемся и существуем (Деян. 17, 25, 28). Свт. Василий Великий писал: Тварь содержится, живет и существует, конечно, не тварью, которая сама имеет нужду в поддержке силою Сотворившего, — Божеский Дух все, что от Бога и что через Сына, поддерживает в бытии[10]. Всякое творение Божие, каким бы совершенным оно ни было, не способно к автономному, внебожественному существованию, ибо это противоречит самой природе тварного мира, созданного Богом и укорененного в Нем. Человек в этом смысле не является исключением и всегда подчинен данному фундаментальному принципу на всех уровнях своего тварного бытия. Об этом ясно писал прп. Макарий Египетский: Бог, сотворив тело сие, даровал ему, что не из своего естества, не из тела заимствует себе жизнь, пищу, питие, одеяние, обувь, а, напротив того, сотворив тело само по себе нагим, устроил, что все, необходимое для жизни заимствует оно совне, и невозможно телу жить без того, что вне его существует, то есть без пищи, без пития, без одежд. Если же ограничивается оно тем, что в его естестве, не заимствуя ничего отвне, то разрушается и гибнет. Таким же образом и душа, не имеющая в себе Божия света, сотворенная же по Божию образу… не из собственного своего естества, но от Божества Его, от собственного Духа Его, от собственного света Его восприемлет духовную пищу, и духовное питие, и небесные одеяния, что и составляет истинную жизнь души[11]. Таким образом, человек в раю был причастником Божеского естества (2 Пет. 1, 4), причастником тех величайших благодеяний, которыми Бог по милости пополнил недостаток нашего естества[12]. Нетварные Божественные энергии, преображавшие тварное естество Адама, были животворящей сердцевиной первозданного человека, залогом бессмертия, силой, возводящей его к Создателю.
Желая окончательно укрепить свободную волю человека в добре, Господь дал закон для упражнения свободы; законом же была заповедь: какими растениями ему пользоваться и какого растения не касаться[13]. За соблюдение этой заповеди Господь обещал человеку безсмертие жизни и наслаждение вечных благ[14], причем предоставил человеку полную свободу действий, чтобы добро принадлежало избирающему не меньше, чем и вложившему семена оного[15].
Особенности изменения состояния Адама в раю можно изобразить графически и сформулировать важное различие естественного, сверхъестественного и нижеестественного состояния человеческой природы.
Вертикальная ось служит для обозначения изменений духовно- нравственного состояния человека в пределах двух полюсов: «+» (жизнь в единстве с Богом) и «–» (полное отпадение от Него). Горизонтальная ось t — историческая линия развития Адама, берущая начало в момент его создания (точка 0). Адам был создан благим, неповрежденным, имеющим все возможности для совершенствования в Боге. Однако он не был предельно совершенным, поэтому его состояние при сотворении было выше точки 0 (точка 1). Если бы он полностью реализовал замысел Божий и не преступил заповедь, то его развитие могло бы пойти по любой траектории, ведущей вверх (пунктирные линии). Варианты могли быть разные, в этом проявилась бы его свобода возрастания в Боге. Одна ко он пошел другим путем (сплошная линия), который привел к падению — прародительскому греху (t п. гр.). Он отпал от Бога, и его состояние изменилось, стало греховным, нравственно отрицательным (переход в зону ниже 0). В связи с этими изменениями в святоотеческой традиции различаются три возможных состояния человеческой природы.
I — сверхъестественное состояние. Более совершенное, чем состояние Адама в раю (по мнению свт. Игнатия (Брянчанинова), некоторые святые достигали его, еще живя на земле). Оно будет доступно людям в полной мере после Второго Пришествия Христова.
II — естественное состояние. Соответствует состоянию Адама в раю, когда человек обладал полнотой неповрежденной природы и возможностями совершенствоваться в Боге, но еще не реализовал их в должной мере (от 0 до точки 2).
III — нижеестественное состояние, при котором человек порабощен греху, повреждена его природа, нарушена связь с Богом, а удовлетворение греховных страстей становится существенным элементом человеческой жизни.
Фрагмент из книги "Основы православной антропологии"
под авторством протоиерея Вадима Леонова
[1] Иоанн Дамаскин, прп. Точное изложение православной веры. Кн. 2. Гл. 12. С. 50.
[2] Макарий Великий, прп. Духовные беседы. Слово 4. Гл. 3. С. 552.
[3] Максим Исповедник, прп. Мистагогия. Гл. 5 // Творения. Кн. 1 / пер. С. Л. Епифановича, А. И. Сидорова. М., 1993. С. 166.
[4] Григорий Богослов, свт. Слово 45. На Святую Пасху // Собрание творений: в 2 т. Т. 1. С. 666.
[5] Григорий Нисский, свт. Or. in Pulch. // PG 46, 864C – 877B.
[6] Ириней Лионский, свт. Против ересей. Кн. 4. Гл. 38, 2 // Против ересей. Доказательство апостольской проповеди / пер. прот. П. Преображенского, Н. И. Сагарды. СПб., 2008. С. 443.
[7] Свт. Игнатий (Брянчанинов) писал: На душу первозданного при самом сотворении ее обильно излилась Божественная благодать; душа первозданного по преимуществу была живою, как движимая, просвещаемая и управляемая Святым Духом (Слово о человеке. С. 26).
[8] Симеон Новый Богослов, прп. Слово 2,1 // Слова преподобного Симеона, Нового Богослова: в 2 ч. Ч. 1. М., 2001. С. 39.
[9] Иоанн Дамаскин, прп. Точное изложение православной веры. Кн. 2. Гл. 12. С. 152–153.
[10] Василий Великий, свт. Против Евномия. Кн. 5 // Творения: в 5 ч. Ч. 3. С. 208.
[11] Макарий Великий, прп. Духовные беседы. Беседа 1, 10. С. 52.
[12] Григорий Палама, свт. Беседа 36 // Беседы: в 3 т. Т. 2. М., 1993. С. 104.
[13] Григорий Богослов, свт. Слово 38. На Богоявление или на Рождество Спасителя // Собрание творений: в 2 т. Т. 1. СТСЛ, 1994. С. 527.
[14] Божественная литургия по чинопоследованию свт. Василия Великого. 2-я молитва Евхаристического канона.
[15] Григорий Богослов, свт. Слово 38. На Богоявление или на Рождество Спасителя // Собрание творений: в 2 т. Т. 1. С. 527.