241
Задостойник является песнопением утрени и исполняется певчески вместо «Достойно есть» в конце канона праздничных богослужений.
Возникновение самого термина «задостойник» восходит к XII в., когда по Иерусалимском уставу стали впервые исполнять «Достойно есть» в конце канона утрени[i]. В дни важнейших праздников, когда на утрене отменяется песнопение «Величит душа моя Господа» и «Достойно есть» в конце канона, заключающая катавасия воспринимается как замена «Достойно есть», то есть задостойник.
Тексты задостойников прославляют Божию Матерь, но уже в контексте того или иного праздника.
Задостойник также исполняется на Литургии в составе Евхаристического канона вместо песни «Достойно есть». Причем традиция употребления задостойника на литургии возникла довольно поздно. Формирование литургийных задостойников относится к XVI в. В Типиконах же указания об их исполнении начали часто фигурировать лишь к XVII в.[ii]
По своей структуре задостойник уподобляется песнопению «Достойно есть», то есть состоит из ирмоса девятой песни праздничного канона и припева. Обычно задостойники праздников включают припевы, однако существуют исключения: Лазарева суббота, Великий Четверг, Великая Суббота, Преполовение Пятидесятницы и Вход Господень в Иерусалим[iii].
В нынешней традиции Русской Церкви задостойник исполняется не только в двунадесятые и великие праздники, но также в дни попразднств и некоторые дни Великого Поста[iv].
Одной из отличительных особенностей праздника Входа Господня в Иерусалим является отсутствие предпразднства, попразднства и отдания. С другой стороны «их функционально-литургической заменой можно считать шестую седмицу Великого Поста (особенно Лазареву субботу)»[v].
Церковнославянский текст песнопения таков: Бог Госпо́дь, и яви́ся нам, соста́вите пра́здник, и веселя́щеся прииди́те, возвели́чим Христа́, с ва́иями и ве́твьми, пе́сньми зову́ще: благослове́н Гряды́й во и́мя Го́спода Спа́са на́шего[vi].
Русский перевод: Бог Господь явился нам; устройте празднество, – приидите, станем в радости прославлять Христа, и с пальмами и ветвями в песнях восклицать: благословен грядущий к нам Владыка и Избавитель наш[vii].
Греческий оригинал: Θεός Κύριος, καί επέφανεν ημίν, συστήσασθε εορτήν, καί αγαλλόμενοι, δεύτε μεγαλύνωμεν Χριστόν, μετά βαϊων καί κλάδων, ύμνοις κραυγάζοντες, Ευλογημένος ο ερχόμενος, εν ονόματι Κυρίου, Σωτήρος ημών[viii].
Задостойник Входа Господня в Иерусалим призывает всех верующих устроить праздник и в веселии встречать Христа, который является Церкви так же, как Сам Иисус Христос, пришедший в Иерусалим на ослице. В момент входа Господа в Иерусалим жители города постилали на дороге одежды и пальмовые ветви, восклицая: Осанна Сыну Давидову! благословен Грядый во имя Господне! оса́нна в вышних! (Мф. 21:9).
В описании входа Господня в Иерусалим повествования евангелистов Матфея, Марка и Луки являются схожими. Они уделяют особое внимание истории с обретением осла, которой нет у евангелиста Иоанна и это обстоятельство является исполнением пророчества (Быт. 49:10-11). Сама поездка на осле, согласно евангелистам, была осуществлением пророчества Захарии (Зах. 9:9)[ix].
Встретить задостойник можно в Постной Триоди в каноне на утрени вместо ирмоса девятой песни. Не сохранилось достоверных сведений об авторе или авторах всей службы праздника, однако известно, что канон является произведением Космы Иерусалимского, песнописца VIII века, отсюда определяется и время создания этого ирмоса[x].
Уже в древности, до Х века, в Иерусалимском богослужении в праздник Входа Господня в Иерусалим вечером совершалось символическое шествие с пальмовыми ветвями, которое возглавлял епископ, сидя верхом на осле, в воспоминание Евангельских событий[xi].
Фраза благословен Грядый во имя Господне в этом тексте является цитатой из 117 псалма пророка Давида, такими же словами израильский народ встречал въезжающего на ослице Христа, обозначая этим самым Иисуса Христа как Мессию (Пс. 117:26). Святитель Григорий Палама толкует этот отрывок следующим образом: «Что же говорит народ? – Благословен грядый во имя Господне, являя этим, что Он – Сущий от Бога и Отца и пришедший во имя Отца, как и Сам Господь говорил о Себе: Аз приидох во имя Отца Моего, от Бога изыдох, и иду» (Ин.5:43, 16:27-28)[xii].
Первые же слова этого задостойника Бог Госпо́дь, и яви́ся нам, соста́вите пра́здник так же взяты из 117-го псалма, в котором пророк Давид пророчествует о Христе (Пс. 117:27). Эти слова призывают праздновать будущее явление Спасителя. Пророк Давид в этом псалме, вероятно, предрекает Богоявление и о сам Вход Господень в Иерусалим. Здесь пророк говорит о важнейшем событии в истории человечества – воплощении Сына Божия: Бог Господь, и явися нам.
Церковнославянская форма слова явися означает «открылся, стал явным»[xiii]. Спаситель Иисус Христос принимает человеческую природу и становится во всем подобным человеку, кроме греха (Евр. 4:15), поскольку только так можно было исцелить человеческую природу, пораженную грехом.
Блж. Феодорит Кирский обращает внимание на пророческий призыв Давида составите праздник во учащающих до рог олтаревых: «Поэтому соберитесь все, и празднуя собственное свое спасение, совершите такое великое торжество, чтобы стеснившееся множество достигало до самаго жертвенника. Пророк сказал: «во учащающих», то есть, столпившись и теснясь от многолюдства»[xiv].
Само же церковнославянское слово составляти может показаться не совсем уместным в данном контексте, хотя происходит оно от древнегреческого συνίστημι, что можно перевести на русский язык как «представлять, обнаруживать, указывать»[xv]. Отсюда становится понятным употребление данного слова в задостойнике в смысле предоставления или совершения праздника, на который должны собраться все верующие.
В последней части задостойника фигурирует церковнославянское слово грядый. Его в данном тексте стоит понимать как «приходящий»[xvi], то есть дословно можно перевести так: Благословен приходящий во имя Господа. Эти слова подчеркивают важность догмата о Сыне Божием, рождающемся предвечно от Бога Отца, и особенность служения Иисуса Христа, как посланника[xvii] и помазанника[xviii], которого Бог Отец посылает в мир и помазывает на Царство.
Любопытным в тексте задостойника становится некое расподобление видов растений, с которыми верующие должны совершать праздник и встречать Христа.
Греческое слово κλάδων переводится и на русский, и на церковнославянский языки одинаково как ветви, а вот слово βαϊων переводится как ветвь пальмы[xix].
По большей степени в пределах славянских земель пальмы не произрастают, поэтому при переводе текста задостойника с греческого языка не появилось оригинального слова для обозначения этого дерева, а просто было взято исконное греческое, которое адаптировано под нормы церковнославянского языка, поэтому и появилось слово ваия.
Заменой же пальмовых ветвей для более северных славян и преимущественно для всей Русской Церкви стали ветви вербы, поскольку верба – это ива, причем ранняя ее разновидность, которая зацветает раньше всех и становится символом пробуждения природы. Праздник Входа Господня в Иерусалим может случиться в холодное время в средней полосе России, а верба зацветает пока снег еще лежит, видимо, поэтому русский народ установил традицию приносить вербу на праздник вместо чего-либо другого.
Следовательно, создавая данный задостойник, гимнограф Косма Иерусалимский стремился подчеркнуть сбывшееся пророчество о Спасителе и словами пророка Давида призвать верующих христиан праздновать это евангельское событие. Многие иудеи не приняли Христа, но все принявшие Его и крестившиеся вновь и вновь празднуют Его торжественное вхождение в Иерусалим как начало крестного пути, смерти за грехи людей и искупления всего человечества. На протяжении всего задостойника гимнотворец обильно использует пророчества из Псалтири, сбывшиеся на Иисусе Христе, как на обещанном Мессии и Царе, что и призывает воздавать Иисусу Христу царские почести.
Студент магистратуры Сретенской духовной академии Буценко Аркадий
Следите за новостями и публикациями студенческого проекта «Всегда живой церковнославянский»
[i] Скабалланович М. Н. Толковый Типикон. М., 2008. С. 771.
[ii] Taft R. F. The Diptychs: (A History of the Liturgy of St. John Chrysostom. Vol. 4). R., 1991. P. 118-119.
[iii] См.: Триодь Постная. М., 2008.
[iv] Битбунов Г. С. Двунадесятые праздники: (историко-литургическое описание). М., 2014. С. 132.
[v] Там же.
[vi] Триодь Постная. М., 2008. С. 28.
[vii] Успенский В., прот. Сборник церковных песнопений с переводом их на русский язык. М., 1911. С. 161.
[viii] Τριώδιον: Κατανυκτικόν, περιέχον ἅπασαν τὴν ἀνήκουσαν αὐτῷ ἀκολουθίαν τῆς ἁγίας καὶ μεγάλης Τεσσαρακοστῆς. Βενετία, 1876. С. 339.
[ix] Битбунов Г. С. Двунадесятые праздники: (историко-литургическое описание). М., 2014. С. 131.
[x] Иннокентий, свт. О великих Господских и Богородичных праздниках. К., 1855. С. 175-176.
[xi] Там же. С. 132.
[xii] Григорий Палама, свт. Беседы (омилии). Ч.1. М., 1993. С. 149.
[xiii] Седакова О. А. Словарь трудных слов из богослужения. Церковнославяно-русские паронимы. М., 2008. С. 401.
[xiv] Феодорит Кирский, блж. Изъяснение псалмов. М., 2004. С. 415.
[xv] Седакова О. А. Словарь трудных слов из богослужения. Церковнославяно-русские паронимы. М., 2008. С. 334.
[xvi] Там же. С. 108.
[xvii] Сорокин А., прот. Христос и Церковь в Новом Завете. М., 2012. С. 41.
[xviii] Библейская энциклопедия. М., 2005. С. 701.
[xix] Дьяченко Г. прот. Полный церковнославянский словарь. М., 2004. С. 66.