483
В середине зимы Православная Церковь отмечает память трех великих Вселенских учителей: 1/14 января – святителя Василия Великого, 25 января/7 февраля – святителя Григория Богослова, а 28 января/9 февраля – святителя Иоанна Златоуста. После отдельных дней памяти Церковь устанавливает и общий праздник – собор трех святителей, в котором прославляются сразу три великих учителя Церкви как единые по духу и учению наставники Вселенского православия. Литургическое соединение их памяти подчеркивает не только их личную святость, но и внутреннее богословское единство.
Именно в учении трех Вселенских учителей догмат о Святой Троице получает цельное выражение: соединение строгой терминологии, богословской глубины и пастырско-экзегетического раскрытия. В этом как раз и заключается их подвиг: они смогли «объяснить, как возможно синтезировать в одном исповедании единство и троичность»[1]. Также они определили, как в православной терминологии должны соотноситься понятия «сущность» и «ипостась».
Сущность и Природа
В своих трудах святитель Василий Великий говорит о непознаваемости сущности, так как «постижение сущности Божией выше не только человеков, но и всякой разумной природы»[2]. Человек может рассуждать о ней, только зная ее свойства, или же энергии, которые познаваемы человеком[3]. Но в то же время у святителя Василия Великого можно найти два значения для термина «сущность»: а) сущность как общая природа (κοινὴ φύσις) (см. «Письмо 206 (214). К Терентию, комиту»)[4]; б) сущность как материальное подлежащее, или субстрат (ὑλικὸν ὑποκείμενον) (см. «Опровержение на защитительную речь злочестивого Евномия»)[5]. Для Божественной сущности характерны общность, тождество, единство и простота[6]. Святитель Василий Великий мог употреблять термины «природа» и «сущность» как один, причем чаще он использует термин «природа»[7].
В терминологической системе отцов Каппадокийцев почти идентичными понятиями обладают термины «сущность» и «природа», наиболее четко это прослеживается у Григория Богослова, а также у Григория Нисского. Так в письме, которое приписывается Василию Великому, но авторитетные исследователи говорят, что авторство принадлежит святителю Григорию Нисскому, последний употребляет слова «сущность» и «природа» синонимично, заменяя одно другим[8].
В трудах Григория Богослова говорится о непостижимости сущности и природы: «Это естество невместимое и непостижимое. Непостижимым же называю не то, что оно существует, но то, каково оно есть (ἥτις ἐστίν)» («Слово 28. О богословии второе»)[9]. Так же, как и у Григория Нисского, святитель Григорий Богослов в своем «Слове 29. О богословии третье, о Боге Сыне первое» ставит в один ряд «сущность» и «ипостась»: «Одна есть Божия сущность, одно Божие естество»[10].
Иоанн Златоуст, хотя и не выстраивает развернутой философской системы, последовательно придерживается того же различения в своей экзегезе. В толкованиях на Крещение Господне («Беседы на Евангелие от Матфея», Беседа 5; PG 57) он подчеркивает реальность Трех Лиц – Отца, Сына и Духа, действующих согласно и неслиянно. Для него различие относится к уровню личных свойств и отношений, тогда как природа остается единой и неделимой. У святителя Иоанна Златоуста понятия «лицо» и «ипостась» чаще выступают в значении реального «кто есть», тогда как разговор о «сущности» носит более абстрактный, богословско-пастырский характер. Он акцентировал отношения происхождения внутри Троицы – отцовство, рождение, исхождение – и настаивал, что различие Лиц не умаляет единства Божественной природы.
Ипостась и Лицо
Но в то же время понятию «сущность» строго противостоит понятие «ипостась». Так, термину «ипостась» стала соответствовать «первая сущность» Аристотеля, а самому термину «сущность» соответствует «вторая сущность». Грубо говоря, этим терминам соответствует «частное» и «общее». Но это всего лишь незначительный элемент во всей философско-теологической системе Каппадокийцев, где они выстроили и логически обосновали различие именно терминов и понятий, а не просто условных слов[11]. Так, в уже упоминаемом нами письме Василия Великого «К Терентию, комиту» он пишет следующее: «Сущность к ипостаси имеет такое же отношение, какое имеет общее к частному»[12]. Это было не ново, но его новой мыслью было то, что он под понятием «ипостась» не мыслил собственный признак сущности, а мыслил «ипостась» как обладающую собственным признаком. Эти признаки: для Отца – «отцовство», для Сына – «сыновство», для Святого Духа – «освящение» (Ep. 214. 4)[13]. Василий Великий считал понятия «Лицо» и «Ипостась» идентичными, так для одной аудитории он писал «Три Лица» (πρόσωπα), вместо привычного для него словосочетания «Три Ипостаси» (Hom. 24 // PG. 31. Col. 601, 604, 605)[14].
Так как же все-таки выразить различие понятий «ипостась» и «природа»? Проще всего это сделать с помощью вопросов «Кто?» и «Что?», как это делал Григорий Богослов. Так, «природа» отвечает на вопрос «Что?», показывая качественность, а «ипостась» отвечает на вопрос «Кто?», так как она указывает на субъект или на состояние. Так как на вопрос «Кто» мы можем ответить личностно, то это один из немногих адекватных способов «указания на тайну личного бытия»[15]. По словам протоиерея Олега Давыденкова, «природа» – качественность, а «лицо» – носитель этих качеств. Божественная природа существует и созерцается в лицах, и познаётся через свойства природы[16].
У святителя Иоанна Златоуста понятия «лицо» и «ипостась» чаще выступают в значении реального «кто есть», тогда как разговор о «сущности» носит более абстрактный, богословско-пастырский характер. Он акцентировал отношения происхождения внутри Троицы – отцовство, рождение, исхождение – и настаивал, что различие Лиц не умаляет единства Божественной природы. Так он часто прибегает к образным и нравственным объяснениям, показывая, как личностные различия проявляются в отношениях и деяниях Троицы, при этом подчеркивая неприкосновенность единства Божественной сущности.
Единосущие Лиц Пресвятой Троицы
Понятие «единосущие» было одобрено еще на Первом Вселенском Соборе, и оно стало распространяться, но только благодаря учению трех Вселенских святителей это учение раскрылось в полной мере. Они признавали термин «единосущие» и говорили, что Бог един по сущности и по природе, но троичен в Лицах: «Три – едино по Божеству; и Единое – три по личным свойствам»[17].
Понятие «единосущие» было одобрено еще на Первом Вселенском Соборе, но только благодаря учению трех Вселенских святителей это учение раскрылось в полной мере
Для точного понимания этого термина надо было провести четкую границу между Божественной сущностью и тварной природой. Так, святитель Григорий Богослов ставит Бога выше всех Сущностей: «Если только не найдет кто приличнейшим поставить Его и выше сущности или в Нем заключить все бытие, так как от Него сообщается бытие и прочему»[18]. Говоря о термине «единосущие», святитель говорит не только о единстве Божественной сущности, но и об общении Трех Лиц. Так учение о «единосущии» раскрывается в полноте только как учение о Триединстве, ведь единство и троичность не могут быть отдельно, о чем пишет святитель Григорий Богослов: «Не успею помыслить о Едином, как озаряюсь Тремя. Не успею разделить Трех, как возношусь к Единому. Когда представляется мне Единое из Трех, почитаю сие целым»[19].
Именно поэтому их память соединена в едином церковном праздновании: их учение о Святой Троице воспринимается Церковью как единое предание, в котором раскрывается гармония единства и троичности Божественной жизни.
Таким образом, учение трех святителей демонстрирует гармоничное соединение терминологической точности, богословской глубины и пастырской ясности. Их триадология не сводится к абстрактной схеме, но выражает реальность Триединого Бога, Который непостижим по сущности и одновременно открывается человеку в домостроительстве спасения. Именно это единство догматической строгости и духовной жизни обусловило церковное признание их как Вселенских учителей и совместное прославление в богослужебной традиции.
[1] Каппадокийская школа // Православная энциклопедия / под общ. ред. Кирилла, Патриарха Московского и всея Руси. – Москва : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2000 – . Т.30 : Каменец-Подольская и городская епархия – Каракал. – 2012. – С. 565–568.
[2] Василий Великий, свт. Опровержение на защитительную речь злочестивого Евномия. Книга 1 [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vasilij_Velikij/oproverzhenie-na-zashhititelnuju-rech-zlochestivogo-evnom... (дата обращения: 14.05.2023).
[3] Михайлов П. Б. Василий Великий // Православная энциклопедия / под общ. ред. Алексия II, Патриарха Московского и всея Руси. – Москва : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2000. – Т.7 : Варшавская епархия – Веротерпимость. – 2004. – С. 159.
[4] Василий Великий, свт. Письмо 206 (214). К Терентию, комиту [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vasilij_Velikij/pisma/206 (дата обращения: 14.05.2023).
[5] Василий Великий, свт. Опровержение на защитительную речь злочестивого Евномия. Книга 2 [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vasilij_Velikij/oproverzhenie-na-zashhititelnuju-rech-zlochestivogo-evnom... (дата обращения: 14.05.2023).
[6] Михайлов П. Б. Василий Великий // Православная энциклопедия. С. 159.
[7] Спасский А. А. История догматических движений в эпоху Вселенских Соборов. С. 497.
[8] Василий Великий, свт. Письмо 38. К Григорию, брату [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vasilij_Velikij/pisma/38 (дата обращения: 14.05.2023).
[9] Цит. по: Иларион (Алфеев), митр. Григорий Богослов // // Православная энциклопедия / под общ. ред. Алексия II, Патриарха Московского и всея Руси. – Москва : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2000. – Т.12 : Гомельская и Жлобинская епархия – Григорий Пакуриан. – 2006. – С. 683.
[10] Григорий Богослов, свт. Слово 29. О богословии третье, о Боге Сыне первое [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Grigorij_Bogoslov/slova-izd-2007-g/29 (дата обращения: 14.05.2023).
[11] Флоровский Г., прот. Восточные отцы IV века / Протоиерей Георгий Флоровский. – Минск : Изд-во Белорусского экзархата, 2006. – С. 90-91.
[12] Василий Великий, свт. Письмо 206 (214). К Терентию, комиту [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vasilij_Velikij/pisma/206 (дата обращения: 14.05.2023).
[13] Цит. по: Михайлов П. Б. Василий Великий // Православная энциклопедия. С. 159.
[14] Цит. по: Там же.
[15] Давыденков, О., прот. Догматическое богословие. С. 185.
[16] Там же. С.186.
[17] Григорий Богослов, свт. Слово 31. О богословии пятое, о Святом Духе [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Grigorij_Bogoslov/slova-izd-2007-g/31 (дата обращения: 14.05.2023).
[18] Григорий Богослов, свт. Слово 6. О мире, сказанное в присутствии отца после предшествовавшего молчания, по случаю воссоединения монашествующих [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Grigorij_Bogoslov/slova-izd-2007-g/6 (дата обращения: 14.05.2023).
[19] Григорий Богослов, свт. Слово 40. На Святое Крещение [Электронный ресурс] // Православная энциклопедия «Азбука веры». – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Grigorij_Bogoslov/slova-izd-2007-g/40 (дата обращения: 14.05.2023).