432
Духовное отцовство и благоразумное молчание
В настоящем разделе будет рассмотрен первый аспект пастырского консультирования, связанный с устроением внутреннего мира священника как духовного отца, что проявляется в отношениях пастыря со своими пасомыми как с духовными чадами. Чтобы продемонстрировать уникальные черты рекомендаций отца Иоанна и общие тенденции в духовном руководстве пастырей его времени, мы обращаемся к выдержкам из сочинений как древних, так и более близких к нам по времени учителей благочестия. В первую очередь обратим внимание на то, что, согласно отцу Иоанну, священники и сами должны прибегать к совету своих духовников.
Поскольку архимандрит Иоанн отмечает, что «опытные духовники- наставники вообще советуют не откладывать покаяния» [Иоанн (Крестьянкин) 2007: 10], отсюда следует, что и сам он обращается к опытным наставникам- духовникам. А это значит, что и современные пастыри пре-жде всего должны иметь духовников, к которым могли бы обратиться за духовным советом. Передача опыта от духовника к духовнику, как известно, обеспечивает духовное преемство православной традиции, восходящей к древним аскетам и самим апостолам. Да и все пастырское богословие следует рассматривать через призму пастырской аскетики, психологической зрелости пастыря и его умения осуществить христианское воспитание пасомых [Коновалов 1913: 811–812].
При этом старец отмечает, что не стоит спрашивать совета у нескольких духовников подряд, бегая от одного к другому [От сердца к сердцу 2015: 274]. Рекомендуется поддерживать постоянный контакт только с од-ним духовником, который будет регулярно исповедовать, потому что, по словам отца Иоанна, «благо не в совете со многими, но во многом совете с одним» [Там же: 275]. При этом архимандрит Иоанн отмечает, что совет духовника не должен противоречить воле правящего архиерея, но и само слово епископа следует воспринимать духовно. В одном из ответов на частные письма он, среди прочего, подчеркивает: «Предложение владыки П. было сделано с искренним желанием помочь и пониманием вашей домашней ситуации. Будем прислушиваться к его советам» [Там же: 89, 131, 286]. Детям же старец рекомендует прежде всего обращаться к своим родителям, которые несут за своих чад не только материальную, но и духовную ответственность [Там же: 71, 122].
К сожалению, довольно часто у рядового священника нет возможности посоветоваться с более опытным пастырем или отложить вопрос, который задал человек на пороге храма, на какое-то время. Ответ вопрошающему требуется дать оперативно без посторонней помощи. В таком случае, по мысли архимандрита Иоанна (Крестьянкина), священник должен посоветоваться со своими умом, душой и совестью: «Когда вы не будете знать, как поступить, и нет возможности спросить у духовника, советуйтесь с тремя — с вашим умом, с вашей душой и с вашей совестью. Когда они будут согласны относительно этого вопроса, так и поступайте, предвари-тельно призвав благодать Святого Духа» [Архимандрит Иоанн (Крестьян-кин) о пастырстве и для пастырей. URL: https://priest.today/news/arkhim_ ioann_krestiankin_o_pastirstve].
Как видно, прежде ответа вопрошающему священник должен направить свой ум, или же дух [Леонов 2023: 89], к Богу с молитвенным призыванием Святого Духа. Затем церковный пастырь обращается к своему разуму, опираясь на рассуждение и жизненный опыт [Там же: 90]. Здесь уместно заметить, что взывание к уму у древних святых отцов было рав-нозначным обращению к голосу совести, которая подскажет, «что доброе и что злое», поскольку совесть, согласно авве Дорофею, «есть нравственный закон» [Авва Дорофей 2014: 75].
После того, как священник обратится к уму, душе и совести, согласно старцу Иоанну, нужно «оживить надежду и упование. Так и общайтесь, так и отвечайте, как Бог на душу положит. И это избавит от ошибок» [От сердца к сердцу 2015: 254]. Святитель Феофан Затворник, отвечая в письмах на вопрос одного священнослужителя о духовном руководстве во время и после Таинства Покаяния, пишет, что священнику необходимо молитвенно обращаться к Богу за помощью, «чтобы Господь Сам, по милости Своей, подавал вам внушение и руководство, как поступить» [Феофан Затворник 2012: 253]. Таким образом, ответ на вопрос вопрошающего начинается с молитвенного обращения священника к Богу, Который по благодати Святого Духа влагает на сердце требуемое слово. Такой подход можно считать буквальным исполнением наставления Иисуса Христа Своим ученикам: не заботьтесь, как или что сказать; ибо в тот час дано будет вам, что сказать,ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас (Мф 10, 19–20).
О времени пастырского консультирования отец Иоанн пишет, что духовный совет может быть преподан непосредственно после исповеди и что мудрый совет после таинства Покаяния оказывается более эффективным, чем епитимья [Иоанн (Крестьянкин) 2007: 101]. Когда к святителю Феофану Затворнику обращались пастыри по поводу советов, касающихся совершения таинства Покаяния, святитель писал: «хорошо делаете, что сокрушающегося разрешаете прямо, не налагая епитимии» [Феофан Затворник 2012: 259], а после прочтения разрешительной молитвы святитель также советует давать кающемуся соответствующее его внутреннему состоянию наставление [Там же]. Отец Иоанн побуждает священнослужителей при-зывать людей к посещению Церкви, к приобщению ее святым Таинствам: «Советуй чаще исповедоваться и причащаться» [От сердца к сердцу 2015: 94], поскольку благодаря Таинствам человек очищается от грехов и духовно преображается. Без участия в Таинствах невозможно избавиться от страстей, коренящихся в человеке. Поэтому отец Иоанн призывает священников давать людям совет как можно чаще приобщаться к Таинствам Церкви, в первую очередь к исповеди.
Чтобы совет возымел силу и слово, сказанное пастырем, принесло духовный плод, требуется уважение к священнику, диалог с ним как с духовным отцом, а не праздный разговор о житейских проблемах. На этот счет отец Иоанн отмечает: «Мы согрешаем против пятой заповеди, что непочтительно относимся к пастырям Церкви, к своим духовным отцам» [Иоанн (Крестьянкин) 2007: 101]. И далее он высказывает упрек нерадивым прихожанам, что те «не исполняли советов и наставлений духовного отца, мучили его своей завистью и ревностью к другим чадам духовным» [Там же].
Этим старец показывает, что следует избегать двух крайностей в от-ношениях со священнослужителями: либо пренебрежительно относиться к пастырям Церкви Христовой, либо превозносить отдельных лиц выше требуемой меры. Идеализация пастыря ведет к тому, что на него смотрят как на кумира. Называющие себя духовными чадами «поп-звезды» конкурируют за его внимание, кичатся друг перед другом, что имеют прямой доступ к общественно признанному духовному авторитету. Но при этом такие мнимые духовные чада не следуют ни советам, ни образу жизни своего духовника, а значит, не испытывают к нему подлинного уважения и не доверят ему открытие своей совести.
Доверие в свою очередь зарождается у людей от действенности пастырского совета, даже если речь идет о малоизвестном священнике. В зависимости от результатов духовного руководства мнение о священнике как духовном наставнике меняется в лучшую или в худшую сторону. Так, отвечая на одно из писем, полученное от священника, отец Иоанн пишет: «Отцом А. Вас будут называть, когда Вы, действительно, станете для этих людей отцом, и Ваши духовные советы им победят их прежние о Вас представления» [От сердца к сердцу 2015: 258]. Как видно, согласно архимандриту Иоанну, отношение прихожан к пастырю зависит от того, станет ли он для них духовным отцом или нет.
Безусловно, слова «отец» и «сын» являются метафорами, выражающими характер межличностных отношений. Смысл отцовства как феномена дарования жизни заключается не в господстве над сыновьями и дочерями, а в предоставлении им пространства для собственного бытия. А это означает, как отмечает схиархимандрит Гавриил (Бунге) со ссылкой на Евагрия, что духовный отец «рождает других через добродетель и через ведение Бога» [Гавриил (Бунге) 2017: 37]. Отсюда следует, что и сам пастырь путем аскезы должен стать «преуспевшим в духовном делании» [Там же: 35].
Избегая насилия над свободной волей пасомого, пастырь может и вовсе не давать советов. «Другого я тебе посоветовать не могу и не могу связать тебя благословением, чтобы узы не оказались неудобоносимыми», — осторожно отмечает архимандрит Иоанн (Крестьянкин) [От сердца к сердцу 2015: 156]. Духовный сын или дочь должны стремиться к самостоятельному возрастанию в вере и благочестии, достигать духовной зрелости. В некоторых ситуациях пастырь вправе отступить в сторону, предоставляя возможность пасомым самостоятельно решать, что может им пойти на пользу. «В отношении же твоих вопросов о работе, — замечает отец Иоанн, — могу тебе только сказать, что выбор тебе придется сделать самой, ибо во всех трех вариантах есть свои за и свои против. И никто лучше тебя не сможет определить, который из них тебе больше по силам твоим и возможностям» [Там же: 156].
Из сказанного следует, что пастырское консультирование в глазах отца Иоанна (Крестьянкина) — это совет, а не приказ. Совет предполагает, что священник касается вопросов поведения, этики, отталкиваясь от евангельских заповедей и наставлений своих духовных отцов. Отец Иоанн избегает погружения в вопросы организации повседневного быта, а дает советы, которые связаны с духовным ростом человека. Поэтому, когда в лексике отца Иоанна встречается слово «совет», нужно иметь в виду, что это совет не по всякому поводу, а тот совет, который связан с руководством в духовной жизни на пути спасения, что предполагает постоянный диа-лог с Богом, Который по благодати Святого Духа вдохновляет человека на добродетельное житие.
Духовный совет связан с Таинствами Церкви Христовой, а потому органично следует за Исповедью у аналоя. А это значит, что пастырское консультирование не только по содержанию связано с вопросами духовной жизни, но и осуществляется в границах церковной территории, что подразумевает соответствующее место для беседы вблизи храма.
Укорененность в Священном Писании и Священном Предании Церкви и поэтапность пастырского консультирования
В предыдущем разделе нами был затронут вопрос условий осуществления пастырского консультирования. Была подчеркнута его церковность как с точки зрения места проведения духовной беседы, так и соответствия православному представлению о духовном отцовстве. В данном разделе хотелось бы коснуться некоторых аспектов, которые, на взгляд архимандрита Иоанна (Крестьянкина), вынуждают пастыря не молчать, но выражать в слове необходимые суждения, говорить от Евангелия, но не требовать от пасомого быстрого результата в изменении его образа жизни.
В сочинении «Опыт построения исповеди» отец Иоанн обращается с риторическим вопросом как бы к самому себе: «Помогали ли [мы] добрым советом, обращали ли на путь истины заблудших, утешали ли в несчастье, и вообще, живем ли мы для людей или живем только для себя, закоснев в предельном эгоизме?» [Иоанн (Крестьянкин) 2007: 137]. Выходит, что, если священнослужитель замыкается в себе и ни с кем не разговаривает на духовные темы, то он игнорирует свой пастырский долг — помогать найти ответы на вопросы приходящих в церковь людей [Пастырь в наше время: Размышления, вопросы и ответы 2024: 16].
С другой стороны, праздная болтливость отцом Иоанном тоже не приветствуется. Советы священника, по его мнению, должны быть конкретными, направленными на изменение человека от зла к добродетели. В силу этого пастырский совет должен быть благожелательным и понятным, он не должен подавлять свободу воли человека. «Духовный отец только помощник, советник и молитвенник ваш, дающий благословение на обдуманное вами предложение, — пишет старец своим духовным чадам. — А думать за тебя во всем и вести, как слепого за руку, не вижу смысла и пользы — станешь расслабленным» [Неведомому чаду 2010: 97–98].
Священник не должен превращаться в приказчика или тирана. Он всего лишь советник, помощник в познании Божией премудрости. Он, по словам отца Иоанна, «должен помочь усмотреть чаду волю Божию из обстоятельств жизни и с благодарением и смирением помочь ее принять» [Вла-сов 2021: 135]. В силу этого и самим «пастырям Церкви Христовой страш-но только одно: разойтись с волею Иисуса Христа. А Божия сила и Божия премудрость, препобедив наши человеческие немощи, возвестит через нас живым пастырским словом велии благочестия тайны» [Рождественские и Пасхальные поздравления Архимандрита Иоанна 1997: 62].
Источником для пастырского совета в первую очередь является Священное Писание. Как вспоминают издатели писем архимандрита Иоанна (Крестьянкина), он «сам приоткрыл для нас источник мудрости и точности своих советов. Он пишет: “Мне на Ваши вопросы, заданные в письме, ежедневно отвечает Евангельское и Апостольское чтение”» [От сердца к сердцу 2015: 12]. Следовательно, своей задачей отец Иоанн видел разъяснение и актуализацию евангельских заповедей для современного человека, показывая через них начертание пути ко спасению [Иоанн (Крестьянкин) 2007: 42].
Такой подход в интерпретации Библии можно обозначить как нравственно-назидательный (тропологический). При его использовании «Священное Писание рассматривается как руководство к практической деятельности» [Добыкин 2016: 98]. Схожий метод толкования Библии активно использовал в своих сочинениях святитель Феофан Затворник[1]. При этом Священное Писание мыслится не как набор универсальных советов на все случаи жизни, а как Откровение Бога каждому человеку о его существе и призвании. Отвлеченными советами можно угасить у вопрошающего и без того слабую веру, как писал отец Иоанн: «Надо всегда помнить ска-занное нам, буква убивает, а дух животворит (2 Кор 3, 6), а с формальным подходом можно убить в человеке начатки духа, которые только-только в нем проклюнулись и которые можно угасить одним словом» [От сердца к сердцу 2015: 261]. Из этого следует, что подбираемые из Священного Писания цитаты в каждой конкретной пастырской ситуации должны соответствовать жизненному контексту, соответствующему проблеме, с которой пасомый обратился к священнику за советом.
В своих советах архимандрит Иоанн обращается не только к тексту Священного Писания, но и к наследию святых отцов: «при всех скорбных обстоятельствах жизни, по совету прп. Серафима, необходимо чаще с должным вниманием и вдумчивостью читать книгу праведного Иова (обратить свое особое внимание на 2-ю гл. 9–10 ст.)» [Там же: 61], «а ответ по поводу монашества тебе даст святитель Феофан. Его книгу “Мудрые советы” я тебе посылаю» [Там же: 134].
Случается, что Библия не является для собеседника авторитетным источником высшей истины. В таком случае священник может ответить не прямой цитатой «от Писания», а передать евангельскую истину своими словами, сохраняя ее общий смысл. Впоследствии, если ищущий человек возьмет в руки Библию, при ее чтении он вспомнит, откуда именно была взята подходящая рекомендация.
Содержание пастырского совета всегда должно быть для «пользы конкретного человека» [Божий инок 2009: 133], поэтому в рамках пастырского консультирования непедагогично давать общие советы, не беря во внимание индивидуальные особенности пасомого. По одному и тому же вопросу к одному человеку возможно проявление строгости, а к другому — снисхождение [Там же].
Пастырский совет должен быть не только адресным, но и содержательным. Священник может советовать только то, в чем сам разбирается. А если он не сведущ в каком-то вопросе, то он должен направить вопрошающего к опытным пастырям, разбирающимся в требуемой проблематике. Так, когда архимандриту Иоанну задавали вопросы, касающиеся семейных от-ношений, тот мог направить к женатому духовенству: «Вы меня извините, я монах, спросите об этом у кого-нибудь более сведущего» [Там же: 313].
Чтобы пастырское консультирование было эффективным, требуется соблюдение значимого условия — пастырский совет должен касаться сути проблемы, а это предполагает тщательное исследование обстоятельств дела. В рамках консультирования священник должен уметь «поставить правильный диагноз, определить источники повреждения, умело помочь человеку и вывести его к исцелению» [Вакуленко 2017: 98]. Поиск первопричины духовного состояния пасомого, особенно в клинических случаях, является предметом для научно-практических конференции нашего времени. Так, на конференции по теме «Попечение Церкви о душевнобольных», которая проводилась в 2022 г. в рамках Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви, в нескольких докладах звучали замечания, что священник должен разбираться в душевных переживаниях прихожан, чтобы дать корректные пастырские советы[2]. Это особенно важно, когда к священнику с вопросом подходит больной депрессией. В таком случае пастырь должен «ответить на ряд непростых вопросов и разъяснить различные недоумения, связанные с ложными представлениями о духовной жизни», помочь разобраться в ситуации, в которой находится больной, «прояснить общую картину его нынешнего положения, обозначив при этом основные жизненные и духовные ориентиры» [Попечение Церкви о душевнобольных 2023: 37].
Когда кто-либо приходил к отцу Иоанну за советом, тот в первую очередь «спрашивал о самой главной причине, которая привела человека к нему» [Иоанн (Крестьянкин) 2012: 314]. Не случайно, как писал в свое время архимандрит Киприан (Керн), «пастырь должен разобраться в том, что у человека от него самого, а что от среды и рода» [Киприан (Керн) 2002: 314]. Встречаются состояния, продиктованные родовой наследственностью пасомого, и, напротив, встречаются ситуации, связанные с ситуативным влиянием окружающей среды. Пастырь должен различать — что есть в этой личности собственного, унаследованного от родителей или укорененного вследствие жизненного опыта, а что является наносным, сформированным под влиянием третьих лиц или средств массовой информации.
Нередко человеку нужно продолжительное время, чтобы разобраться в своем собственном состоянии. В такие моменты, когда человек еще находится в стадии осмысления, пастырю полезно помнить слова старца Иоанна (Крестьянкина): «не опережайте событий, не требуйте от себя и от своих близких того, чего сейчас они еще воспринять не могут» [Божий инок 2009: 320]. Отсюда мы видим указание на определенную постепенность в душепопечении: не стоит перегружать наставлениями вопрошающего, ожидая быстрый результат, чтобы не посеять в нем уныние от того, что он не в состоянии быстро справиться с самим собой.
Если проблема касается не одного конкретного человека, а сразу многих прихожан, то, с точки зрения отца Иоанна, уместной будет проповедь на злободневную тему. Но как к совету, так и к проповеди, которая уже вы-ходит за рамки пастырского консультирования, нужно подходить с рассуждением [Божий инок 2009: 341], потому что, согласно отцу Иоанну, хоть «оставить без внимания невозможно», но и «резко делать ничего нельзя» [Там же: 322].
Итак, пастырь Церкви Христовой не должен молчать, когда от него требуется ответ на актуальную тему, связанную с заботой о душе. В то же время он не должен быть болтлив, но должен говорить то, что будет затрагивать ситуацию конкретного человека. Он призван выводить из Священного Писания нравственно-назидательные адресные уроки, не ограничиваясь общими фразами. Эти уроки — советы, а не приказы. В каждой ситуации требуется тщательное исследование обстоятельств, начиная с выявления причины, по которой вопрошающий решил обратиться к священнослужителю за советом. В этом случае пастырь должен разобраться в том, каковы истоки душевного состояния, с которым вопрошающий пришел в церковь, проявить чуткость и заботу, чтобы не пройти мимо острого случая душевной болезни. При этом не рекомендуется делать резких шагов и требовать от вопрошающего или своего духовного чада быстрого результата. Нужно время, чтобы пасомый или группа лиц, объединенных на приходе общей проблемой, смогли разобраться в себе и постепенно, шаг за шагом, принялись восстанавливать в себе целостность образа Божия.
Продолжение следует...
Иеромонах Ириней (Пиковский), Диакон Олег Чорната
Статья из журнала Сретенское слово
[1] См.: Феофан Затворник, свт. Мысли на каждый день года по церковным чтениям из слова Божия: краткие поучения. М.: Правило веры, 2009. 398 с.
[2] См.: Попечение Церкви о душевнобольных. Депрессии: задачи психиатра, психолога и священника. Материалы международной конференции. М.: Скифия-принт, 2023. С. 5.