1103
Стоит отметить: акафист Пресвятой Богородице — один из древнейших гимнографических памятников, сохранившийся в многочисленных греческих и славянских рукописях. Первоначальный греческий текст встречается в Кондакарях, Триодях и других богослужебных книгах, а первое печатное издание появилось в 1502 году. В славянской традиции акафист известен с X века, пройдя несколько редакций — от древнейшего перевода в Шафариковой Триоди XII века до киевской версии XVII века, ставшей канонической в Русской Церкви. Особое место в акафисте занимает проимий «Взбранной Воеводе», добавленный после осады Константинополя в 626 году[1].
Уникальная структура акафиста включает 24 строфы с алфавитным акростихом и хайретизмами («Радуйся»), построенными на антитезах и параллелизмах[2]. При этом остается дискуссионным вопрос авторства: наиболее вероятными создателями считаются преподобный Роман Сладкопевец (VI век) или Патриарх Сергий I (VII век)[3].
Здесь стоит сказать о том, что «Взбранной Воеводе», с которого начинается современная версия Акафиста, первоначально не входил в его состав. Этот победный гимн, обращенный от лица Ее города, Константинополя, первоначально имел иную метрическую структуру и лишь со временем стал неотъемлемой частью акафиста.
Текст первых кондака и икоса акафиста Божьей Матери на церковнославянском звучит так: Взбра́нной Воево́де победи́тельная, я́ко изба́вльшеся от злы́х, благода́рственная воспису́ем Ти́ раби́ Твои́, Богоро́дице, но я́ко иму́щая держа́ву непобеди́мую, от вся́ких на́с бе́д свободи́, да зове́м Ти́:
Ра́дуйся, Неве́сто Неневе́стная.
А́нгел предста́тель с Небесе́ по́слан бы́сть рещи́ Богоро́дице: ра́дуйся, и со безпло́тным гла́сом воплоща́ема Тя́ зря́, Го́споди, ужаса́шеся и стоя́ше, зовы́й к Не́й такова́я:
Ра́дуйся, Е́юже ра́дость возсия́ет, ра́дуйся, Е́юже кля́тва исче́знет.
Ра́дуйся, па́дшаго Ада́ма воззва́ние, ра́дуйся, сле́з Е́виных избавле́ние.
Ра́дуйся, высото́ неудобовосходи́мая челове́ческими по́мыслы, ра́дуйся, глубино́ неудобозри́мая и а́нгельскима очи́ма.
Ра́дуйся, я́ко еси́ Царе́во седа́лище, ра́дуйся, я́ко но́сиши Нося́щаго вся́.
Ра́дуйся, Звездо́, явля́ющая Со́лнце, ра́дуйся, утро́бо Боже́ственнаго воплоще́ния.
Ра́дуйся, Е́юже обновля́ется тва́рь, ра́дуйся, Е́юже покланя́емся Творцу́.
Ра́дуйся, Неве́сто Неневе́стная[4].
Богородица как Заступница христиан
Кондак открывается торжественным обращением к Богородице как к «Взбранной Воеводе победительная» (греч. Τῇ ὑπερμάχῳ στρατηγῷ τὰ νικητήρια). Прилагательное взбранный имеет значение «поборствующий»[5], а существительное «воевода» — «военачальник»[6]. Так, уже с самого начала Богородица воспевается как Защитница и Покровительница христиан.
Прилагательное победительная (греч. τὰ νικητήρια) связано с последующим благодарственная (греч. εὐχαριστήρια)[7]. Здесь фиксируется прием эллипсиса — «фигура поэтического синтаксиса, основанная на пропуске одного из членов предложения, легко восстанавливаемого по смыслу»[8]. Так, пропущено в тексте кондака существительное песнь. Получается, что Пресвятая Дева воспевается как Та, Которая даровала победу, поэтому Ей и возносятся победительные и благодарственные песни.
Этот образ восходит к событиям 626 года, когда Константинополь был спасен от нашествия аваров и славян после молитвенного шествия с иконой Божией Матери. «Пасхальная хроника» сообщает: «А армяне вышли за Влахернскую стену и разожгли огонь на близлежащем портике [храма] св. Николая. Те славяне, которые вплавь спаслись с моноксил, из-за [этого сигнала] огнем решили, что стоящие у моря [люди] — это авары. Они выбрались [на берег] в этом месте и были перебиты армянами. А те немногие славяне, кто, спасшись вплавь, вышел [на берег] в том месте, где стоял безбожный хаган, были убиты по его приказу. [Так] по велению Божию, чрез предстательство Владычицы нашей Богородицы в мгновение ока потерпел [хаган] поражение на море»[9].
Избавление от злых
Раскрытие данного исторического события продолжается далее в фразе яко избавльшеся от злых, благодарственная восписуем Ти раби Твои, Богородице.
Глагол избавльшеся (греч. λυτρωθεῖσα) указывает на совершенное действие спасения, которое уже произошло, но продолжает осмысляться в настоящем. Значение греческого глагола — «освобождать, отпускать»[10], а церковнославянского — «спасти, избавить от чего-либо»[11]. Так, верующие благодарят Богородицу за спасение от злых, т. е. от врагов[12].
В данной связи сама фраза указывает: это не просто воспоминание о конкретном историческом событии, например, осаде Константинополя, но и исповедание постоянного заступничества Божией Матери в жизни верующих.
Победительные и благодарственные гимны-молитвы верующие восписуют. Этот церковнославянский глагол обозначает «написать, описать»[13]. При этом в греческом тексте употребляется форма ἀναγράφω («записывать, переписывать, письменно излагать»[14]) — сказуемое к подлежащему ἡ Πόλις («город, страна»[15]). В исходном тексте речь идет, конечно, о Константинополе, жители записывают победительные и благодарственные песни, что указывает на Константинополь как коллективного автора этих песнопений — столица империи как единое целое «записывает» благодарственные гимны в свою духовную летопись. В XIV веке, во время афонской правки богослужебных книг, это слово было заменено на раби, что отразилось в болгарских и сербских рукописях, а в XV веке такая закрепилась и в русских списках[16]. Эта замена существенно изменила смысловой акцент — от коллективного спасения города к личному заступничеству Богородицы за каждого верующего.
События Благовещения
Первый икос, описывающий Благовещение, органично вписывается в структуру Акафиста Богородице, который традиционно делится на две смысловые части.
Первая часть (икосы 1-12) носит повествовательный характер, раскрывая события земной жизни Богоматери и детства Христа по каноническим Евангелиям и Протоевангелию Иакова, тогда как вторая (икосы 13-24) содержит догматические размышления о Боговоплощении и спасении человеческого рода[17].
Краткое начало первого икоса кратко и одновременно емко описывает Благовещение: Ангел предстатель с небесе послан бысть рещи Богородице: радуйся, и со безплотным гласом воплощаема Тя зря, Господи, ужасашеся и стояше, зовый к Ней таковая.
Здесь в центре повествования стоит событие между небесным посланником и Богородицей. Архангел назван предстателем или πρωτοστάτης, т. е. «стоящим впереди, первым, стоящим справа в шеренге, главным»[18]. изначально это слово применялось к сатане до его падения (как πρωτοστάτης τῶν ἀγγέλων[19]), тогда как в святоотеческой традиции за архангелом Михаилом закрепился титул ἀρχιστρατηγός, а другие архангелы именовались просто ἀρχάγγελος[20]. Это заставляет задуматься о точности передачи смысла — вероятно, правильнее было бы перевести πρωτοστάτης как «стоящий по правую руку».
Особого внимания заслуживает фраза σὺν τῇ ἀσωμάτῳ φωνῇ. Предлог σύν в сочетании с θεός / θεά означает «при помощи»[21], а ἀσώματος — не просто «бесплотный», но и «божественный»[22]. Поэтому эту конструкцию можно понять как «при помощи божественного гласа».
Ангел-предстатель становится свидетелем и провозвестником соединения Божественного и человеческого. Особенно выразительно описание реакции Архангела Гавриила — его благоговейный трепет (ужасашеся и стояше) раскрывает величие момента, когда вестник небесного мира оказывается перед лицом величайшей тайны домостроительства спасения.
Текст первого икоса богат риторическими фигурами. В рассматриваемом отрывке мы видим искусную игру слов: σὺν τῇ ἀσωμάτῳ φωνῇ (со безплотным гласом), σωματούμενος (воплощаема) и ἐξίστατο καὶ ἵστατο (ужасашеся и стояше).
Итак, краткий текст первого икоса становится прекрасным примером того, как в византийской гимнографии поэтическая форма становится сосудом для выражения тайны домостроительства.
Хайретизмы
Далее идут хайретизмы. Здесь надо остановиться на самом слове χαῖρε, которое переведено на славянский как радуйся. В греческой традиции это была стандартная форма приветствия, подобная русскому «здравствуйте, и современные греки продолжают воспринимать его именно так. Хотя в Священном Писании оно последовательно передается как «радуйся», более точным смысловым эквивалентом могло бы быть «приветствую Тебя», потому что именно оно использовалось еще с гомеровских времен как формула встречи или прощания[23].
Хайретизмы первого икоса раскрывают различные аспекты роли Богородицы в домостроительстве спасения. Рассмотрим кратко каждый из них попарно.
Радуйся, Еюже рaдocть возсияет, радуйся, Еюже клятва изчезнет — здесь устанавливается основная антитеза: через Богородицу приходит радость и устраняется последствие грехопадения, а также звучит тема отмены ветхозаветного проклятия через новозаветное благословение.
ἀρά в классическом греческом означало молитву, клятву или проклятие[24]. Оно родственно глаголу ἀράομαι («молиться, проклинать, реже клясться»[25]). В данном контексте наиболее точным переводом будет «проклятие», отсылающее к библейскому повествованию о грехопадении, когда земля была проклята за преступление Адама: Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе, сказав: «не ешь от него», проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от неё во все дни жизни твоей (Быт. 3:17).
Радуйся, падшаго Адама воззвание, радуйся, слез Евиных избавление — образы падшего Адама и плачущей Евы указывают на всечеловеческий масштаб спасения, где Богородица становится новым началом для всего человеческого рода.
Помимо этого, подчеркивается сотериологическая роль Богородицы как новой Евы. Если в первой части Адама воззвание может пониматься как восстановление завета с Богом, то слез Евиных избавление символизирует прекращение страдания человечества. Образ слез отсылает к Быт. 3:16: Жене сказал: умножая умножу скорбь твою в беременности твоей, в болезни будешь рождать детей, и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою.
Радуйся, высото неудобовосходимая человеческими помыслы, радуйся, глубино неудобозримая и ангельскима очима — эта пара построена на пространственной метафоре: Богородица описывается через образы высоты и глубины.
Церковнославянское прилагательное неудобовосходимый является переводом греческого δυσανάβατος — «трудный для восхождения»[26], а неудобозримый — δυσθεώρητος — «трудно наблюдаемый, трудно понять или свести к теории»[27]. С точки зрения риторики это пример «соотнесенных противоположностей» или coincidentia oppositorum, характерных для апофатического богословия.
Радуйся, яко еси Царево седалище, радуйся, яко носиши Носящаго вся — два христологических образа раскрывают парадокс Воплощения. Богородица — одновременно седалище (καθέδρα) Царя Небесного[28] и Та, Кто носит (греч. βαστάζεις)[29] Того, Кто держит (греч. τὸν βαστάζοντα)[30] всю Вселенную.
Радуйся, Звездо, являющая Солнце, радуйся, утробо Божественнаго воплощения — здесь соединяются ветхозаветная и новозаветная символика. Образ звезды (греч. ἀστήρ[31]) отсылает к книге Чисел: Вижу Его, но ныне еще нет, зрю Его, но не близко. Восходит звезда от Иакова и восстает жезл от Израиля, и разит князей Моава и сокрушает всех сынов Сифовых (Числ. 24:17). А образ утробы (греч. γαστὴρ[32]) сосредоточен на пророчестве Исаии: Се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил (Ис. 7:14). Эти метафоры иллюстрирует роль Богородицы как предтечи Христа — подобно тому, как утренняя звезда предвещает восход солнца.
Радуйся, Еюже обновляется тварь, радуйся, Еюже покланяемся Творцу — заключительная пара содержит космологический смысл: через Богородицу совершается не только антропологическое, но и вселенское обновление.
Стоит рассмотреть словосочетание обновляется тварь (греч. νεουργεῖται ἡ κτίσις), где существительное тварь (греч. κτίσις[33]) в контексте противопоставления с Творцом (греч. ὁ Κτίστης[34]) в следующей строфе однозначно следует понимать как творение.
Глагол обновляется (греч. νεουργέω) обозначать «создавать новое, изобретать».
Таким образом, все словосочетание можно точно передать на русский как «создается новое творение».
Радуйся, Невесто Неневестная — в эту фразу, которой заканчивается каждый икос, заложена вся полнота учения о приснодевстве Богородицы: до, во время и после Рождества Христова[35]. Этот хайретизм не просто прославляет девство Богородицы, но раскрывает его как новую реальность спасения, где человеческая природа через послушание новой Евы соединяется с Божественным.
В своем «Дневнике» праведный Иоанн Кронштадтский оставил запись: «Невесто Неневестная! Невестою называется Пресвятая Дева Мария потому, что Она, как невеста мужу, украшена была всеми душевными красотами, всеми добродетелями. Неневестная — не уневещенная мужу, не познавшая мужа»[36].
***
Первый кондак и икос акафиста Божией Матери хранит в себе многогранную образность, которая требует знания евангельского контекста и применения данного текста в литургической традиции Православной Церкви.
Здесь соединяются догматическое учение о Боговоплощении и литургическое переживание заступничества Богородицы. Текст предстает не только как памятник византийской гимнографии, но и живое свидетельство веры, в котором богословие воплощается в поэтической форме, а история спасения становится личной молитвой каждого христианина.
Следите за новостями и публикациями студенческого проекта «Всегда живой церковнославянский»
[1] Козлов М., прот., Турилов А. А., Казачкова Ю. А. и др. Акафист // Православная Энциклопедия. Т. 1. М., 2001. С. 371-375.
[2] Людоговский Ф. Б. Структура и поэтика церковнославянских Акафистов. М., 2015. С. 9.
[3] Козлов М., прот., Турилов А. А., Казачкова Ю. А. и др. Акафист // Православная Энциклопедия. Т. 1. М., 2001. С. 375.
[4] Акафист Божией Матери // URL: https://azbyka.ru/molitvoslov/akafist-presvjatoj-bogorodice-velikij-akafist-chitaemyj-v-subbotu-akafista.html (дата обращения: 1.04.2025).
[5] Седакова О. А. Словарь трудных слов из богослужения Церковнославяно-русские паронимы. М., 2021. С. 76.
[6] Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 2. М., 1975. С. 261.
[7] Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 1. М., 1975. С. 198.
[8] Словарь литературоведческих терминов. М., 1974. С. 466.
[9] Пасхальная хроника // Свод древнейших письменных известий о славянах. Т. 2. М., 1995. С. 79.
[10] Liddel H.G., Scott R. Greek-English Lexicon. Oxford, 1996. P. 1067.
[11] Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 6. М., 1979. С. 94-95.
[12] Акафист Пресвятой Богородице с комментариями // https://predanie.ru/roman-sladkopevec-prepodobnyy/akafist-presvyatoy-bogorodice-s-kommentariyami/chitat/ (дата обращения: 1.04.2025).
[13] Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 3. М., 1976. С. 47.
[14] Liddel H.G., Scott R. Greek-English Lexicon. Oxford, 1996. P. 101-102.
[15] Там же. P. 1433-1434.
[16] Козлов М., прот., Турилов А. А., Казачкова Ю. А. и др. Акафист // Православная Энциклопедия. Т. 1. М., 2001. С. 375.
[17] Там же.
[18] Liddel H.G., Scott R. Greek-English Lexicon. Oxford, 1996. P. 1545.
[19] Lampe G. A Patristic Greek Lexicon. Oxford, 1961. P. 1201.
[20] Там же. P. 232.
[21] Liddel H.G., Scott R. Greek-English Lexicon. Oxford, 1996. P. 1690-1691.
[22] Там же. Р. 791.
[23] Liddel H.G., Scott R. Greek-English Lexicon. Oxford, 1996. P. 1970.
[24] Там же. Р. 233.
[25] Там же. P. 233-234.
[26] Там же. P. 453.
[27] Там же. P. 457.
[28] Там же. Р. 851.
[29] Там же. Р. 310.
[30] Там же.
[31] Там же. Р. 261.
[32] Там же. Р. 339.
[33] Там же. Р. 1003.
[34] Там же.
[35] Акафист Пресвятой Богородице с комментариями // https://predanie.ru/roman-sladkopevec-prepodobnyy/akafist-presvyatoy-bogorodice-s-kommentariyami/chitat/ (дата обращения: 1.04.2025).
[36] Иоанн Кронштадтский, праведный. Дневники. Т. 9. Тверь, 2012. С. 164.