Границы светского трансгуманизма и христианское предложение подлинного трансгуманизма

Московская Сретенская  Духовная Академия

Границы светского трансгуманизма и христианское предложение подлинного трансгуманизма

1002



Предлагаем к прочтению статью французского православного патролога Жан-Клода Ларше, опубликованную в первом номере журнала «Сретенское слово».

В статье рассматривается трансгуманизм как новое значимое явление в жизни современного общества, которое претендует на реализацию древних замыслов человечества о бессмертии и блаженном существовании. Современные технологические достижения и быстрый технический прогресс создают впечатление, что многие футуристические идеи трансгуманистов близки к осуществлению. Рассматривая это явление в этическом аспекте, в контексте его исторических корней — гуманизма и рационализма, автор приходит к выводу, что трансгуманизм уменьшает долю «человечности» в этом мире и может, исходя из логики событий, в итоге привести к построению мира без людей. Недостаток фактических достижений для реализации поставленных целей трансгуманизма компенсируется построением научно-фантастических проектов, осуществление которых, по мнению автора, будет иметь ряд негативных последствий. В сравнении с христианским учением трансгуманизм выглядит как попытка человечества сделать бессмертной падшую природу, в то время как христианство смотрит на человека более реалистично, потому что ставит своей целью не радикальное перестроение природы человека, а ее преображение. Как полноценный ответ на вызов трансгуманизма автор предлагает христианское учение об обожении человека, о преображении человеческой природы под воздействием Божественной благодати.

В последние десятилетия в Соединенных Штатах и во всем западном мире были разработаны и распространены различные тео-

рии, относящиеся к так называемому трансгуманистическому течению. Это течение стремится выйти за пределы возможностей современного человека, что обозначается на английском языке словом enhancement, означающим «улучшение» или «увеличение». Как показывают эти два варианта перевода, этот выход за пределы возможен в различной степени, которая может варьироваться от разработки простого лекарства против болезней или недугов до трансформации биологического вида и создания сверхчеловека, то есть существа с такими возможностями и характеристиками, которые превосходят возможности современного человека.

Два основания трансгуманизма

1.   Несмотря на то что мы говорим о трансгуманизме или постгуманизме, глобальные корни этого явления лежат в гуманизме, возникшем в эпоху Возрождения и утвердившемся в XVIII в., в эпоху Просвещения, когда была сформирована концепция, которая рассматривает человека как существо, полностью независимое от Бога, для которого не существует никакого сверхъестественного Промысла, а только культурное наследие, возникающее из социальной деятельности.

2.    Второе основание существенно связано с техническим прогрессом, с идеей, что при помощи новых технологий, в частности робототехники, компьютеров и генетики, человека можно улучшить, дополнить, трансформировать и превзойти; в этом смысле трансгуманизм имеет материалистическую основу 1. В трансгуманизме исходят из того, что поскольку современные технологии основаны на научном знании, то решения если не всех, то почти всех проблем человека могут быть достигнуты с помощью технического прогресса, основанного на научном прогрессе. Это мнение уходит корнями в сциентизм — философское течение, зародившееся в конце XIX в., согласно которому любая проблема человеческого существования может найти решение посредством научного знания или в настоящее время, или в будущем.

Несмотря на то что трансгуманистическое движение и, в частности, теории совершенствования стремятся быть ультрасовременными (и даже футуристичными), мы видим их истоки: они базируются на гуманизме эпохи Возрождения, рационализме Просвещения, сциентизме XIX в. и тогда же рожденном технологизме.

Недостатки трансгуманизма и его коррелятов в сравнении с указанными основаниями (гуманизм, рационализм, сциентизм, технологизм)

1. Моральный идеал гуманизма подрывается трансгуманизмом таким образом, что, увеличивая долю технических аспектов в физическом и психическом функционировании людей, он в то же время уменьшает долю

«человечности» и может, исходя из логики, в итоге привести к «миру без людей».

2. Научная рациональность, на которой основан технологизм трансгуманизма, подрывается в значительной степени иллюзорностью, которой в настоящее время и, вероятно, навсегда пропитан трансчеловеческий мир, более воображаемый, чем реальный. В этом отношении трансгуманизм по большей части является скорее научной фантастикой, чем наукой. В развиваемое им воображение проецируются целый ряд человеческих фантазий, например стремление к совершенству (физическому, психическому и интеллектуальному), к всемогуществу и бессмертию, к обретению новых ресурсов человека.

1 Под материализмом мы имеем в виду идеологию, согласно которой материя сама в себе содержит принцип своего существования и эволюции, а психическая и интеллектуальная деятельность являются лишь эпифеноменами, или надстройками, материальной деятельности.

3.   Трансгуманизм не видит технологических преград для предотвращения старения человеческого тела и смерти, которая является неизбежным горизонтом человеческой жизни. С одной стороны, научные проекты по замене органов дают положительные результаты, когда дело касается частей скелета (колени, плечи, бедра и т. д.) или сердца и кровообращения (клапаны, артерии и т. д.), но возникают чувствительные проблемы в случае трансплантации органов, связанные с их отторжением. С другой стороны, мы видим, что увеличение продолжительности жизни в последние десятилетия сопровождается умножением немощей и заболеваний, связанных с дегенерацией мозга (болезнь Альцгеймера, болезнь Паркинсона, деменция...) или генетическими мутациями (онкологические заболевания). Обратим внимание и на то, что ожидаемая продолжительность жизни, которая росла на протяжении XX в., в последние годы замедлила свой рост в развитых странах (в частности, из-за неблагоприятных экологических факторов) и начала снижаться в некоторых странах и частях мира; пандемия сovid-19 ускорила это явление.

4.   Вместо того чтобы «увеличивать» человека, как это декларируется, трансгуманизм «уменьшает» его, потому что внимание фокусируется главным образом на производительности человека или качествах тела, а следовательно, ампутируется большая часть его психического измерения и вся духовная полнота человека.

5.   Улучшая психические и интеллектуальные характеристики человека, трансгуманизм рассматривает их в основном в количественном отношении, имея в силу своей техногенной природы лишь незначительное влияние на качественные характеристики. Так называемая способность выбора, осуществляемая вычислительными средствами в форме искусственного интеллекта, в основном относится к разработке классификаций и вероятностей, которые лежат в области количественной оценки. Интеллектуальные функции машин, несмотря ни на что, остаются на уровне вычислений и совершенствуются в параметрах скорости, объема обрабатываемой информации и соблюдения логических правил, заложенных изначально; но этим системам не хватает интеллекта и осознанности для глубокого понимания смысла и обращения к высшим человеческим ценностям.

6.   Когда трансгуманизм нацелен на качество, как в случае с генетикой, он попадает в спорную евгеническую ситуацию и заставляет делать выбор в зависимости от индивидуальных (таких как желание или фантазия родителей) или социальных критериев. Например, необходимость иметь больше девочек или больше мальчиков или, как мы видели во времена нацизма, желание получить чистую расу, что не только неприемлемо с этической точки зрения, но и является внешним механистическим действием по отношению к заинтересованному лицу, с которым обращаются как с объектом.

7. Самая большая слабость трансгуманизма и enhancement (улучшения) состоит в том, что в рамках данного мировоззрения проблема улучшения человеческого существа не поставлена и не решена в аспекте смысла, если улучшение выходит за пределы терапевтического восстановления. Часто непонятна ценность или просто полезность этих «улучшений».

8.   Наконец, трансгуманизм (за исключением этого последнего очень специфического случая, недостаточного для возмещения вреда) представляет проблему в отношении христианской веры. Это движение, которое принимает форму идеологии, действительно позиционирует себя если не против религии, то по крайней мере в качестве замены (или эрзаца) религии, в частности, основного положения христианства: позволить каждому человеку выйти за пределы своего нынешнего состояния (его падшей природы), за высший его предел — смерть. При этом учение христианства в целом более масштабно и реалистично, чем учение трансгуманизма, а также является гораздо более уважительным к природе и личности человека.

1. Христианское учение более обширно, потому что:

1) в то время как трансгуманизм и enhancement (улучшение) в основном касаются тела и, во вторую очередь, определенных психических или интеллектуальных способностей, христианское учение включает в себя все человеческое существо, то есть его три измерения — телесное, психическое и духовное — в их совокупности;

2)   христианство дает человеку возможность принять непреодолимые пределы бытия (например, духовно принимать болезнь или немощь, когда она неизлечима, или страдания, когда их невозможно облегчить, или перспективу смерти и страх, который она вызывает);

3)   христианский подход не только включает границы земной жизни человека между рождением и смертью, но также включает его вечную жизнь после смерти;

4)   христианский подход не ограничивает человека его биологически определенной природой, его геномом (возможно, модифицированным и улучшенным), и не увеличивает его способности, которые остаются в рамках человеческой сферы (возможно, расширенной), но позволяет ему получить доступ к Божественному состоянию через его участие в Божественной энергии и стать по благодати богочеловеческим существом, то есть обоженным;

5)    как указано в предыдущем пункте, для своего улучшения и для преодоления своей нынешней природы человек получает силы от Божественных энергий, другими словами, посредством нетварной благодати, которая приходит к нему от Бога и превосходит возможности природы в сравнении с тем, если бы они были улучшены с помощью различных технических методов;

6)   наконец, христианский подход включает в себя возможность победить смерть и обрести после смерти вечную жизнь, а для тех, кто получит доступ к Царству Небесному, — вечную жизнь, свободную от всех болезней, повреждений и страданий и приобщенную к бесконечному благу Бога.

2. Христианский подход к человеку более реалистичен, чем проект трансгуманизма, потому что:

1)   он основан не на мечтаниях или научной фантастике, но исходит из того факта, что до конца света определенные характеристики падшей природы объективно непреодолимы, в частности тленность человеческого тела (в том числе болезни, старость и нейродегенерация) и сама смерть. Христианство, безусловно, поддерживает медицину в ее усилиях по ослаблению или замедлению разрушения тела и отдалению смерти, а также по повышению способности организма противостоять в максимально возможной степени тому, что ему вредит, но со своей стороны — в отношении чего медицина и другие технологии останутся навсегда бессильными — оно предлагает, как мы уже сказали, средства для духовного принятия непреодолимых пределов бытия;

2)   многие религии и верования (мировоззрения) предлагали и предлагают средства духовной борьбы с болезнями, тлением и страданиями, а также веру в вечную жизнь. Но только христианство позволяет эффективно достичь этого, потому что оно основано на Воплощении Бога, на том факте, что Божественное Слово стало человеком и смогло, через

соединение в Его Личности Божественного и человеческого, принести спасение людям, то есть избавить их от всех последствий первородного греха: страстности (главной формой проявления которой является страдание), тления и смерти.

3. Христианский подход к человеку сохраняет в большей степени уважение к человеческой природе и личности, потому что:

1) в то время как трансгуманизм хочет изменить геном человека, христианство не изменяет человеческую природу по своей сути, поскольку она была создана Богом, а, наоборот, наполняет ее глубоким конечным смыслом и полностью реализует ее возможности. Бог вложил эти возможности в человека (то, что прп. Максим Исповедник называл «логосами»), избавив его только от посторонних элементов, которые были внесены грехом и падением и которые исказили его функционирование и изменили его способ существования;

2) христианство не рассматривает человека как объект, подчиненный чуждым ему общественным целям, но требует полного участия его совести и его свободной воли.

Заключение

В заключение подчеркнем, что трансгуманистическое течение в целом представляет собой секуляризованную, гуманистическую и материалистическую замену (эрзац) христианского подхода к человеку в аспекте выхода за пределы существующей природы. В наше время трансгуманизм воплощает миф о Прометее и в своих высших амбициях воспроизводит грех Адама, который заключался для человека в самообожествлении, то есть в желании быть совершенным существом и всемогущим, другими словами — богом отдельно от Бога и без Бога, за счет своих собственных физических и интеллектуальных сил. И все это с целью беспрепятственного наслаждения своим телом и своими собственными способностями в рамках этого мира.

Однако, будучи христианином, все-таки возможно проводить enhancement (улучшение и увеличение человека) для целей преодоления болезней и немощей (что также достигается естественным путем, без поддержки какой-либо идеологии). С другой стороны, трансгуманистический проект невозможно поддерживать в его иллюзорном стремлении преодолеть материальными средствами пределы падшей природы, которая до конца времен неизбежно подвергается физическому разрушению и смерти. Невозможно также поддержать трансгуманизм в его стремлении создать нового человека, в значительной степени дегуманизированного и обезличенного и подчиненного целям, определяемым либо индивидуальным эгоизмом, который является частью страстей падшей природы, либо коллективными интересами экономических групп, либо идеологиями, чьи фантазии пытаются удовлетворить посредством созданий опасных иллюзий об идеале совершенного человека и ценой серьезных разочарований.

Столкнувшись с этими неприемлемыми с этической точки зрения, в значительной степени тщетными попытками упразднить падшую природу и охватить своим воздействием все человеческое существо и его существование, следует помнить и свидетельствовать о том, что христианство, поскольку оно обладает благодатной силой, дарованной человечеству Христом Богочеловеком, является единственным истинным трансгуманизмом.

Жан-Клод Ларше

Научный журнал СДА "Сретенское Слово"

Литература

Jean-Claude Larchet. [La divinisation comme projet et modèle chrétiens du perfectionnement et de l’augmentation de l’homme]. Dans Marc Feix et Karsten Lehmkühler (éd.), Homme perfectible, homme augmenté, hors-série de la Revue d’éthique et de théologie morale, 2015, no. 286, pp. 181–197.

Jean-Claude Larchet. [Déification (ou Divinisation), dans P. Sbalchiero (éd.)]. Dictionnaire des miracles et de l’extraordinaire chrétiens, Paris, Éd. Fayard, 2002, pp. 213–215.

Jean-Claude Larchet. La divinisation de l’homme selon saint Maxime le Confesseur, Paris, Éd. du Cerf, 1996, 755 p.

Jean-Claude Larchet. Théologie de la maladie, Paris, Éd. du Cerf, 3e éd., 2001. Traduction russe: Болезнь в свете православного вероучения. Москва : Изд-во Сретенского монастыря, 2016.

Jean-Claude Larchet. Thérapeutique des maladies spirituelles, Paris, Éd. du Cerf, 6e éd., 2013. Traduction russe: Исцеление духовных болезней : Введение в аскетическую традицию Православной Церкви. Сергиев Посад : Московская духовная академия, 2018.

Jean-Claude Larchet. Le chrétien devant la maladie, la souffrance et la mort, Paris, Éd. du Cerf, 2002.

Jean-Claude Larchet. La vie après la mort selon la Tradition orthodoxe, Paris, Éd. du Cerf, 2e éd., 2004. Traduction russe: Жизнь после смерти согласно Православной Традиции. Москва : Изд-во Сретенского монастыря, 2017.

Jean-Claude Larchet. Dieu ne veut pas la souffrance des hommes, Paris, Éd. du Cerf, 2e éd., 2008. Traduction russe: Бог не хочет страдания людей. Москва : Паломник, 2014.

Jean-Claude Larchet. Théologie du corps, Paris, Éd. du Cerf, 2009. Traduction russe: Человеческое тело в свете православного вероучения. Москва : Изд-во Сретенского монастыря, 2021.

Jean-Claude Larchet. Pour une éthique de la procréation. Éléments d’anthropologie patristique, Paris, Éd. du Cerf, 1998.

Jean-Claude Larchet. Une fin paisible, sans douleur, sans honte... Un éclairage orthodoxe sur les questions éthiques liées à la fin de la vie, Paris, Éd. du Cerf, 2010.

Jean-Claude Larchet. Théologie de la maladie, Paris, Éd. du Cerf, 3 éd. 2001. Traduction russe: Болезнь в свете православного вероучения. Москва : Изд-во Сретенского монастыря, 2016.

Jean-Claude Larchet. Thérapeutique des maladies spirituelles, Paris, Éd. du Cerf, 6 éd., 2013. Traduction russe: Исцеление духовных болезней : Введение в аскетическую традицию Православной Церкви. Сергиев Посад : Издво Московской духовной академии, 2018.

Jean-Claude Larchet. Le chrétien devant la maladie, la souffrance et la mort, Paris, Éd. du Cerf, 2002.

Jean-Claude Larchet. La vie après la mort selon la Tradition orthodoxe, Paris, Éd. du Cerf, 2e éd., 2004. Traduction russe: Жизнь после смерти согласно православной традиции. Москва : Изд-во Сретенского монастыря, 2017.

Jean-Claude Larchet. Dieu ne veut pas la souffrance des hommes, Paris, Éd. du Cerf, 2e éd., 2008. Traduction russe: Бог не хочет страдания людей. Москва : Паломник, 2014.

Jean-Claude Larchet. Théologie du corps, Paris, Éd. du Cerf, 2009. Traduction russe: Человеческое тело в свете православного вероучения. Москва : Изд-во Сретенского монастыря, 2021.

Jean-Claude Larchet. Pour une éthique de la procréation. Éléments d’anthropologie patristique, Paris, Éd. du Cerf, 1998.

Jean-Claude Larchet. Une fin paisible, sans douleur, sans honte... Un éclairage orthodoxe sur les questions éthiques liées à la fin de la vie, Paris, Éd. du Cerf, 2010.