329
Введение
Сегодня мы поговорим о христианской жизни вообще и о том, как мы с вами умеем воздерживаться, потому что без воздержания ни о каких духовных плодах духовной жизни говорить не приходится. Я буду приводить некоторые изречения философов, святых отцов, мысли из Священного Писания, и мы должны постараться применять их к нашей жизни с рассуждением, чтобы найти тот средний путь, о котором говорили святые отцы.
«Человек ест, чтобы жить»
И начнем мы с вами с известной цитаты, которая вышла из уст древних мудрецов. Они говорили о том, что человек ест, чтобы жить, а не живет для того, чтобы есть[1]. Если мы посмотрим на окружающую жизнь, то увидим какое-то странное противоречие: везде, где бы ни находился человек, его присутствие всегда связано с едой. К примеру, если вы пройдетесь вдоль Москвы- реки, то увидите, как по ней плывут огромные корабли-рестораны. Казалось бы, человек отправляется на экскурсию по Москве, чтобы посмотреть Кремль, соборы, посмотреть на Москву с палубы теплохода, но почему-то ему сразу предлагают есть. Какая-то странная метаморфоза: самые красивые места, которые освоены цивилизацией, непременно становятся связаны с едой. Недавно я был в Абхазии, там есть горное озеро Рица — прекрасное место. И что вы думаете? Все те места, где хочется постоять, посмотреть, помолиться, заполнены кафе и ресторанами, из которых звучит музыка, шум, гам и т. д. Везде, где красиво, там обязательно люди жуют.
Причина кроется в том, что человек не живет нормальной жизнью. Это, наверное, главный вывод, который можно сделать из того, что мы видим вокруг себя. Еда и вообще всяческое угождение плоти стали смыслом жизни для миллионов и миллиардов людей. В этом мы видим очень глубокую, очень серьезную поврежденность человеческой природы.
Священное Писание не знает слова «грехи». Слово ἁμαρτία (греч.) в книгах Ветхого Завета и особенно в новозаветных текстах употребляется всегда в единственном числе: грех — как повреждение природы человека, как порча, как одна большая язва, от которой страдают абсолютно все люди. Но эта большая болячка с веками распалась на множество мелких, которые стали называться страстями. Страсти — это те наросты в душе человека, которые неестественны для него, которые причиняют ему страдание. Ведь недаром слова «страсть» и «страдание» — однокоренные.
Начало духовной жизни христианина
Разговор о чревоугодии важен потому, что, согласно многим святоотеческим советам и наставлениям, борьба с чревоугодием и есть начальная форма духовной жизни. Когда готовятся крупные спортивные мероприятия (такие как чемпионаты мира или Олимпийские игры), то сначала проводятся отборочные турниры и по их результатам выявляются те спортсмены или команды, которые будут включены в соревнования. В духовной жизни человека борьба с чревоугодием — это как раз первая ступень, с которой нужно начинать. Человек, который не может обуз дать себя, свои желания, особенно свое чрево, свои аппетиты, не сможет понять, что такое христианство. Почему? Потому что христианство — это особый мир красоты, — красоты очень глубокой, возвышенной, духовной, необъяснимой. Здесь нужно развить в себе особые качества, найти другие «очи», найти другие «уши» и настроить ся на особую волну жизни, которая откроет нам красоту христианской жизни.
Чревоугодие, как и блуд, относится к «плотским», или «телесным»[2], страстям, которые связаны с самыми примитивными, самыми животными наслаждениями человека.
Чревоугодие было известно давно, и языческий мир — мир дохристианский — понимал, что на желании человека вкусно поесть и сладко попить можно очень хорошо играть. Многие культы были связаны именно с угождением чреву, языческие праздники всегда сопровождались пиршествами, попойками, чревоугодием, и эти веселья всегда очень плохо заканчивались. Вспомните трагическую историю гибели великого пророка Иоанна Крестителя, сюжет которой разворачивается именно на фоне веселья, чревоугодия, пьянства, плясок и блуда (см.: Мк. 6:19–29). Там, где совершается угождение плотским страстям, всегда случается трагедия.
Или возьмите такой страшный грех, как аборт. Он тоже рождается, как правило, в результате совокупности плотских страстей: пьянства, чревоугодия и блуда. Когда эти три страсти соединяются вместе, они порождают убийство невинного и беззащитного ребенка. Поэтому давайте обратим внимание на борьбу с нашими желаниями, на то, умеем ли мы воздерживаться.
В связи с выражением «человек ест, чтобы жить» хотелось бы напомнить замечательную новозаветную цитату из апостола Иоанна Богослова, который тоже говорит о жизни: ибо жизнь явилась, и мы видели и свидетель ствуем, и возвещаем вам сию вечную жизнь, которая была у Отца и явилась нам (1 Ин. 1:2).
Жизнь, которую дал людям Христос, — совершенно удивительная, совершенно уникальная, и в первую очередь она требует от человека особого состояния. А чревоугодие — это препятствие к тому, чтобы подлинная христианская жизнь в человеке начала развиваться, чтобы человек стал причастен к этой жизни. Вот почему все святые, которые достигли Царства Небесного, шли путем воздержания.
Путь воздержания
Знаете ли вы, что́ самое трудное в подвиге борьбы со своими желаниями, в борьбе со своим чревом? Самое трудное, оказывается, не абсолютный пост, когда человек может воздерживаться от еды (у некоторых это получается). Самое трудное — это следовать норме, тому, что требуется, что действительно нужно. Христианство говорит о том, чтобы человек ел, но не объедался; пил, но не напивался; спал, но не злоупотреблял отдыхом. И если мы посмотрим на эту страсть именно через призму естественного употребления еды как необходимого средства для жизни, мы поймем, что соблюдать норму очень-очень трудно.
Ведь когда человек страдает, например, страстью пьянства и борется с ней, он не должен видеть не только алкоголь, но даже рюмок, которые стоят в шкафу. Абсолютное исключение алкоголя из жизни и есть залог успешной борьбы с грехом пьянства.
В отношении чревоугодия мы не можем сделать так, чтобы в нашем доме не стало еды, мы не можем выбросить на помойку холодильники, не можем отказаться от употребления продуктов. И здесь мы сталкиваемся с серьез ной проблемой, потому что, оказывается, нужно во всем знать меру. Поесть столько, чтобы немножечко места оставить для Духа Святого, как говорил преподобный Серафим Саровский[3]. То есть чтобы после обеда ты мог бы немножко помолиться, почитать Евангелие или несколько псалмов из Псалтири. Вряд ли мы это делаем, но, во всяком случае, показатель меры именно такой: чтобы ты укрепил свои физические силы не в ущерб духовному состоянию. Но у нас порой получается так, что мы встаем из-за стола, когда и дышать уже трудно, и стол уже нужно отодвигать, чтобы выйти из-за него и дойти до дивана, лежа на котором можно продолжить процесс переваривания пищи…
Фрагмент из книги "Где начинается святость? Греховные страсти в человеке и борьба с ними"
под авторством епископа Пантелеимона (Шатова), протоиерея Вадима Леонова,
протоиерея Андрея Овчинникова, протоиерея Андрея Рахновского
[1] Ср.: Слова древнегреческого философа Сократа, приведенные древнегреческим историком Плутархом в его сочинении «Как молодой человек должен читать поэтов».
[2] О подразделении греховных страстей на телесные, душевно-телесные и душевные см. в начале 7-й лекции, с. 205–206.
[3] Из наставлений прп. Серафима сестрам Ардатовского женского Покровского монастыря.